Взгляд изнутри: «Белорусский государственный архив кинофотофонодокументов» (БГАКФФД)

18 ноября 2015 43 0
Взгляд изнутри: «Белорусский государственный архив кинофотофонодокументов» (БГАКФФД)

То, что вы хотели увидеть – редакция 1146.by посетила наш архив, дабы читатели смогли понять, что же находится и происходит в одном высоком во всех планах здании

Высотное здание на въезде в Дзержинск стало настолько привычным для местных жителей, что взгляд даже не останавливается на нем. Как только его тут не называют – и киноархив, и просто архив, хорошо хоть не пункт видеопроката. А между тем Учреждение «Белорусский государственный архив кинофотофонодокументов» является фактически уникальным для нашей Республики (40364 единиц хранения), да и за рубежом о нем прекрасно осведомлены (к примеру, во время нашего посещения ожидался приезд журналистки из Франции), так что желание разобраться в том, что происходит, если можно так сказать, в недрах этого циклопического сооружения, вполне обоснованное. Эта информация не будет лишней, как для жителей Дзержинщины, так и в целом – для страны, ведь то, с чем приходится иметь дело сотрудникам архива каждый день, иначе как Памятью и Историей назвать просто язык не поворачивается.

С этой целью редакция 1146.by и посетила Учреждение, где для интервью нас уже ожидал директор «Белорусского государственного архива кинофотофонодокументов» Баландин Виктор Васильевич. Забегая вперед, скажем, что после интервью нам устроили подробнейшую экскурсию по всем "секретным" местам (а также помогли с поиском фотоматериалов, над которыми мы безуспешно бились уже долгое время), и мы, в целях экономии времени почтенной аудитории, будем перемежевывать иллюстративный материал с информацией, которую предоставил Виктор Васильевич. Кстати, в свободном доступе ее не больно-то и много – готовясь к интервью, мы в этом сами смогли убедиться.

− Виктор Васильевич, по общедоступной информации, сам архив был создан в 1941 году, а как так получилось, что здание вообще очутилось на Дзержинщине?

− Дело в том, что до этого архив находился в Минске. Не буду рассказывать с самого начала: что он образовался в 41-ом году, в связи с войной фактически никакая работа не велась, и практически он возобновил свою работу с 45-го года… До 48-49-го года он находился вместе с нашим Национальным архивом – тогда это был архив Октябрьской революции – там было выделено одно помещение, где, в общем-то, находилась небольшая коллекция документов, тех, которые передал МИД, те, которые из других архивов были переданы с целью хранения. После этого в связи с тем, что коллекция постепенно расширялась, поступало все больше документов, архив переехал в здание церкви Святой Магдалины на Сторожевском кладбище. В принципе, здание на то время устраивало, хотя оно было не приспособлено к этому, конечно, но функционировало. В послевоенное время основные кинодокументы (особенно художественное, документальное кино) выпускались на носителе, который представлял собой нитрооснову. Что такое нитрооснова – это очень горючий материал, практически по скорости горения приближается к пороху, горит без доступа воздуха и так далее. И, к сожалению, в этот период в Беларуси и на территории всего тогда еще Советского Союза происходили трагические случаи. Страна была в основе своей сельскохозяйственной, ну а в деревни нужно было нести, как говорится, искусство самым простым и доступным способом – это, конечно, было кино. А как показывалось кино в сельской местности? В клуб приезжала кинопередвижка, соответственно заводился движочек и с помощью киноаппарата (типа «Украина», если кто помнит) показывался фильм. Как правило, в здание этого клуба битком набивался народ, потому что это было действительно событием по тем временам. И все бы ничего, но техника безопасности, о которой и сейчас поднимаются вопросы, все-таки нарушалась: народ и покурить любил в зале… Один из первых таких случаев произошел в Могилевской области: в одной из деревень во время показа фильма были подготовлены бобины, посредством которых показывается фильм, движочек стоял за дверьми клуба, рядом с ним – ведро с бензином. И получилось, что по неаккуратности – то ли киномеханик, то ли помощник неаккуратно бросил окурок – произошло возгорание. Ну а так как зал был переполнен, погибло 57 человек.

Примерно такие же случаи и примерно в это же время (до 60-го года) происходили на территории Советского Союза. Более 30-ти таких случаев с гибелью людей зафиксировано. Конечно, об это мало что писалось, об этом стало известно только сейчас, но вопрос был поднят на уровень правительства, и принято решение: исходя из зарубежного опыта, перевести основу всех фильмов с горючей на негорючую. В качестве этого была выбрана триацетатная основа.

Эта работа началась и в архиве. Начинали ее еще в Минске. Также в связи с очевидной опасностью было принято решение перенести все архивы по всему Советскому Союзу из крупных городов на периферию. Поэтому не удивительно, что главный архив России – Красногорский – находится под Москвой, и самое большое хранилище кино Госфильмофонд находится в Белых Столбах – тоже под Москвой.

Определялись где построить и определились здесь, в Дзержинске. Проектные работы начались еще в 70-ых годах, затем началось строительство, которое должно было быть закончено в году 73-74-ом, однако работы затянулись, а тут в 85-ом году Перестройка началась, и поэтому строительство архива закончилось только в 88-ом году. Архив имеет специфический проект – именно для хранения кинофотофонодокументов, то есть предусматривает специализированное хранение с автономным климатом, если упростить. Помещения для работы отделов: для реставрационных работ, для создания копий, для работы специалистов, которые работают с документами или, как их принято у нас называть, пользователей. И места для лабораторий.



− По поводу специальных условий хранения можно подробнее?

− Конечно, можно. Значит, в отличие от бумаги, бумажных документов условия значительно жестче. Для носителей, в том числе триацетатных, которые шли как негорючие (я уже не говорю про диски оптические, магнитные диски, магнитную ленту) существует ряд документов, которые прямо предписывают условия хранения и эксплуатации. Мы пользуемся старыми. Для каждого документа (под документами я подразумеваю кино, фото и т.д.) существуют так называемые стандарты. Поэтому условия определены как раз-таки вот этими стандартами, где расписано, какая должна быть влажность в зависимости от типа пленки, какая должна быть температура хранения. Например, цветной оригинал (негатив) должен храниться при температуре от -5 до 0 градусов, то есть в таком жестком диапазоне. Черно-белая пленка (негатив) хранится при температуре от 12 до 15 градусов и 45-50% относительной влажности.


Время шло, и требования к хранению пленки в зависимости от носителя повышались, а здание архива, хотя и специализированное, их не предусматривало – у нас находится 8 хранилищ и во все были заведены подача воздуха, регулировка влажности от одного источника, который находился в подвальном помещении. Стояла очень мощная и энергозатратная установка, и практически во всех хранилищах поддерживалась одинаковая температура и одинаковая влажность. Потом, особенно с появлением оптических дисков, где влажность должна быть несколько ниже, стало очень сложно подбирать – это уже являлось нарушением требований к условиям хранения. А так как мы храним оригиналы, будем говорим, вечно – у нас нету срока окончания хранения – в 2002 году все-таки удалось установить автономную систему Carrier, и она работает до сих пор. Автономность ее заключается в том, что на каждое хранилище установлена своя система кондиционирования, то есть для каждого хранилища с помощью электроники поддерживаются те условия, которые требуются для хранения.


Но время, естественно, двигалось дальше, и вот сейчас уже это, к сожалению, начинает устаревать. Почему? Если раньше, к примеру, проблем с энергозатратами не было, то сейчас этот вопрос стоит очень остро, и наша система, которая, будем говорить, в несколько раз экономичней самой первой, на сегодня устарела – уже требования другие, уже появились более экономные, более эффективные системы. Так что пока этот вопрос еще достаточно открытый.

Еще одна маленькая тонкость: документы, которые находятся на постоянном хранении – нашего Национального архива, Национального исторического архива, архива-музея литературы искусств, архива научно-технической документации (основных республиканских архивов) – они должны иметь так называемую страховую копию. Во всем мире была принята практика микрофильмирования, то есть эти документы переснимаются, и микропленка передается на хранение к нам. У нас на сегодня находится полтора миллиона единиц хранения страхового фонда наших государственных архивов. Не дай Бог, если по какой-то причине пропадет какой-то важный документ в одном из этих архивов, то – документ есть документ: его надо будет восстановить хотя бы по содержанию. И это можно будет сделать.

Следует упомянуть также, что с приходом цифры все аналоговые документы стали в спешном порядке оцифровывать. Наши оцифрованные документы находятся в центре электронной документации, где имеется электронное хранилище. С 90-92 годов мы начали заниматься оцифровыванием. Это, можно сказать, были такие первые попытки – в первую очередь мы, конечно, начали заниматься с фотодокументами. А вот с кино, к сожалению, нам есть еще над чем работать – пока наша аппаратура позволяет оцифровывать традиционное кино с качеством только 0,5К.

Фонд кино очень востребован − в основном востребован режиссерами, нашим телевидением − мы по заказу готовим в цифровом виде те материалы, которые подобраны. Для черно-белого документального кино 500 линий достаточно. Конечно, если делать что-то серьезно (для какого-нибудь художественного фильма), то там необходимо высокое разрешение. К сожалению такой аппаратуры у нас нет, мы уже более 5 лет боремся за то, чтобы можно было приобрести такой аппарат, однако его стоимость – фильм-сканера высокого разрешения – начинается от 300 тыс. долларов. Вы сами знаете, что экономика у нас постоянно в напряжении, постоянно все эти мировые кризисы, которые на нас отражаются…

Это что касается оцифровывания кино.

Более 80% фотодокументов на сегодня оцифрованы.

Есть аппаратура для оцифровывания фонозаписей, однако у нас очень большой объем на магнитной пленке. На профессиональной, естественно. Которые нам передавала БелТА, а до этого – все, кто на них завязан.



Вся работа с архивными документами ведется на основании Закона. Кстати, он совершенно недавно обновился. Закон Республики Беларусь об архивном деле и делопроизводстве. Все здесь расписано от и до, со всеми прочерками – иногда и с юристами приходится на эту тему консультироваться, потому что есть еще Закон об авторском праве, которые все никак не может обновиться.

− Скажите, а какова процедура запроса и цена услуг?

− Процедура запроса элементарная: с появлением интернета на портале архивы Беларуси есть наша страница, где можно зайти, обратиться к нам. Второе – можно приехать непосредственно к нам, кто знает. Пишется заявление, к работе допускаются без ограничений – у нас нет закрытых фондов, у нас все рассекречено – поэтому любой гражданин Беларуси, не гражданин Беларуси должен только предъявить документ, написать заявление с просьбой, и никаких вопросов нет. У нас появилось сейчас два тонких клиента (новая автоматизированная поисковая система) – можно зайти в базу и найти все, что необходимо.

Имеются у нас и справочники: один 2002 года (кино), второй – 2013. Над ними довольно долго работали. Очень хорошая система поиска по документам для, так сказать, приверженцев старой школы, которые не привыкли ко всем этим электронным базам данным.



− По поводу документов, которые носили гриф «секретно»: когда их рассекретили и что это за документы такие?

− Все очень просто: последние документы были рассекречены еще до переезда сюда. Что это были за документы – например, была под грифом кинохроника немецких кинооператоров, которая снималась на территории, была захвачена как трофей, до 54-го года хранилась в МИДе, а после этого была передана в архив. Все это открыли, потому что, будем говорить, документы, имевшие пропагандистское значение у нацистов, были закрыты. Сейчас это все открыто – пожалуйста, любой может посмотреть.

В это же приблизительно время досталось 5 или 8 тысяч единиц оригиналов (в основном, на стеклянных пластинках) мирового фото – это всемирные фото. На TUT.by (у нас с ними договор) мы ведем несколько рубрик: «Как это было», «Это мы» − всемирные фото это часть материалов, которые мы предоставляли. Но! После работы определенных органов было принято решение (это 50-ые годы) об уничтожении, так сказать, пропагандистского материала – считалось, что эти фото пропагандируют буржуазный образ жизни. Практически осталось от всей этой коллекции 700 с небольшим негативов довольно нейтрального содержания – это фотографии Шаляпина, Эйнштейна, наших балерин и так далее.


Был задан вопрос, я на него не ответил по поводу предоставляемых услуг … Работа в читальном зале, помощь сотрудников, пользование всеми видами справочников, монтажными листами, контрольными отпечатками – все это бесплатно! Деньги берутся только за копирование и пользование аппаратурой.



Это был не последний наш поход в «Белорусский государственный архив кинофотофонодокументов» − сотрудничество только-только начинается, ведь мы коснулись лишь самых общих вопросов, а впереди еще столько неизученного. В планах на данном этапе сделать полноценный материал по всем архивам, хранилищам и лабораториям архива с привлечением компетентных сотрудников. Все это в ближайшее время появится на нашем портале – 1146.by, так что следите за новостями.

Реквизиты БГАКФФД:

E-mail: bgakffd@tut.by

akffd@mail.bn.by

http://archives.gov.by

Редакция портала выражает благодарность:

Директору «Белорусского государственного архива кинофотофонодокументов» Баландину Виктору Васильевичу;

Заместителю директора архива Гриневич Елене Мироновне;

Буслейко Вере Борисовне;

А также всем работникам этого замечательного Учреждения, которые, не смотря на общую занятость, нашли время и силы, чтобы быть гостеприимными и улыбчивыми с журналистами.

Наши новости